Актуальность. Повышенный интерес к яровому овсу сдерживается высокой лабильностью климатических факторов в местных условиях, которые обуславливают высокую вариабельность урожайности в разные годы. Изменить эту ситуацию можно за счет создания, выявления и внедрения новых сортов овса. Цель работы – оценка адаптивного потенциала урожайности у сортов ярового овса селекции Омского аграрного научного центра в условиях Омского Прииртышья по наиболее распространенным статистическим параметрам. Объект исследований – 9 сортов ярового овса, рекомендованные для возделывания в данном регионе, а также проходящие государственное испытание: ‘Орион’ (стандарт), ‘Иртыш 13’, ‘Иртыш 21’, ‘Иртыш 23’, ‘Тарский 2’, ‘Памяти Богачкова’, ‘Скакун’, ‘Факел’ и ‘Сибирский Геркулес’. Материалы и методы. Экспериментальная часть работы проводилась в течение 2011–2017 гг. на опытных полях Омского аграрного научного центра, расположенных в южной лесостепи. Агротехника проведения опытов общепринятая для Западно-Сибирского региона. Математическая обработка проведена методом дисперсионного анализа, рассчитаны параметры адаптивности, стабильности и пластичности урожайности. Результаты. Наиболее пластичны (по методике по А. А. Грязнова) сорта ‘Орион’, ‘Сибирский Геркулес’, ‘Факел’, ‘Тарский 2’ и ‘Иртыш 21’ с индексами экологической пластичности 1,00–1,07. По S. A. Eberhard, W. A. Russell пластичны сорта ‘Памяти Богачкова’, ‘Факел’, ‘Сибирский Геркулес’, ‘Иртыш 13’, ‘Иртыш 21’ и ‘Тарский 2’ (коэффициент линейной регрессии = 1,10÷1,30). Высокой стрессоустойчивостью (по A. A. Rossielle и J. Hemblin) обладали ‘Иртыш 23’, ‘Скакун’ и ‘Орион’ (до –3,0). Высоко стабильны (по S. A. Eberhard и W. A. Russell) сорта ‘Орион’, ‘Иртыш 21’, ‘Тарский 2’, ‘Памяти Богачкова’, ‘Иртыш 13’, ‘Скакун’, ‘Сибирский Геркулес’ при минимальных нелинейных отклонениях от линии регрессии 0,1–0,3. Высокой компенсаторной способностью (по A. A. Rossielle и J. Hemblin) обладали Тарский 2’, ‘Иртыш 21’, ‘Памяти Богачкова’, ‘Факел’ и ‘Орион’ (4,00÷4,20). Наиболее адаптивны (по Л. А. Животкову) сорта ‘Сибирский Геркулес’, ‘Иртыш 21’, ‘Тарский 2’, ‘Факел’, ‘Орион’ (коэффициент адаптивности 1,00–1,07%). К интенсивным сортам (по В. А. Драгавцеву) отнесены ‘Иртыш 13’, ‘Памяти Богачкова’, ‘Факел’ и ‘Сибирский Геркулес’ относятся (коэффициент мультипликативности = 2,30), ‘Орион’, ‘Иртыш 21’, ‘Тарский 2’ и ‘Скакун’ – полуинтенсивному (2,00÷2,10). ‘Иртыш 23’ экстенсивного типа (1,82). Заключение. Согласно принципу ранжирования сортов, наиболее приспособлены для возделывания в местных экологических условиях сорта ‘Тарский 2’, ‘Иртыш 21’, ‘Сибирский Геркулес’, ‘Памяти Богачкова’ и ‘Факел’.
Background. The increasing interest in spring oats is constrained by high lability of climate factors in the local environments, which causes considerable variability of yields in different years. This situation may be changed by identifying, developing and introducing new oat cultivars. The aim of this work is to assess the adaptive potential of yield in spring oat cultivars developed at Omsk Agrarian Scientific Center in the environments of the Near-Irtysh area in Omsk Province, taking into account the most common statistical parameters. The object of the research were 9 spring oat cultivars recommended for cultivation in the region and undergoing the State Variety Trials: ‘Orion’ (reference), ‘Irtysh 13’, ‘Irtysh 21’, ‘Irtysh 23’, ‘Tarsky 2’, ‘Pamyati Bogachkova’, ‘Skakun’, ‘Fakel’ and ‘Sibirsky Gerkules’. Materials and methods. The experimental part of the work was carried out in 2011–2017 on the experimental fields of Omsk Agrarian Scientific Center located in the southern forest-steppe area. Agricultural practice used in the experiments was conventional for West Siberia. Mathematical data processing was based on the analysis of variance (ANOVA); yield adaptability, stability and plasticity parameters were calculated. Results. The most plastic (according to A. A. Gryaznov’s methodology) were the cultivars ‘Orion’, ‘Sibirsky Gerkules’, ‘Fakel’, ‘Tarsky 2’ and ‘Irtysh 21’ with indices of environmental plasticity 1.00– 1.07. According to S. A. Eberhard’s and W. A. Russell’s criteria, plasticity was identified in ‘Pamyati Bogachkova’, ‘Fakel’, ‘Sibirsky Gerkules’, ‘Irtysh 13’, ‘Irtysh 21’ and ‘Tarsky 2’ (linear regression coefficient: 1.10÷1.30). High stress resistance (according to A. A. Rossielle and J. Hemblin’s technique) was observed in ‘Irtysh 23’, ‘Skakun’ and ‘Orion’ (up to ‒3.0). Highly stable (according to S. A. Eberhard and W. A. Russell) were ‘Orion’, ‘Irtysh 21’, ‘Tarsky 2’, ‘Pamyati Bogachkova’, ‘Irtysh 13’, ‘Skakun’ and ‘Sibirsky Gerkules’ with minimal nonlinear deviations from the regression line (0.1–0.3). High compensatory capacity (according to A. A. Rossielle and J. Hemblin) was shown by ‘Tarsky 2’, ‘Irtysh 21’, ‘Pamyati Bogachkova’, ‘Fakel’ and ‘Orion’ (4.00÷4.20). The most adaptable cultivars (according to L. A. Zhivotkov) were ‘Sibirsky Gerkules’, ‘Irtysh 21’, ‘Tarsky 2’, ‘Fakel’ and ‘Orion’ (adaptability coefficient: 1.00–1.07%). The cultivars ‘Irtysh 13’, ‘Pamyati Bogachkova’, ‘Fakel’ and ‘Sibirsky Gerkules’ were identified (according to V. A. Dragavtsev) as intensive-type cultivars (multiplicative coefficient: 2.30); ‘Orion’, ‘Irtysh 21’, Tarsky 2’ and ‘Skakun’ as semi-intensive ones (2.00÷2.10); and ’Irtysh 23’ as an extensive-type cultivar (1.82). Conclusion. In compliance with the principle of variety ranking, the cultivars ‘Tarsky 2’, ‘Irtysh 21’, ‘Sibirsky Gerkules’, ‘Pamyati Bogachkova’ and ‘Fakel’ are most suitable for cultivation under local environmental conditions.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.